Александр Моисеевич Городницкий ворвался в мою жизнь скрипом деревянных мостовых и кожаных курток, ощущением покалывания от снежинок, брошенных в лицо внезапным порывом ветра, солёным привкусом на губах, шелестом волн и конечно пением парусов... Наверное, таким путем он входил и входит ко многим из нас....

Позабыты недочитанные книжки,
Над прудами шумное веселье -
Это бродят беззаботные мальчишки
По аллеям парковым весенним.

      Какой мальчишка не мечтал о путешествиях и приключениях? А ведь как раз об этом, как я тогда думал, и были песни Городницкого. Ведь в те далекие уже годы не было никакой информации кроме самих песен, которые я слышал в наших школьных поездках. Не было книжек и пластинок. Не было даже кассет - кассетные магнитофоны только входили в обиход.
      Я не знал, кто такой Городницкий, я знал только несколько песен, которые мне очень нравились... Песен про север и про море, про летчиков и про геологов. Я еще не слышал ни "Донского монастыря", ни "Перелетных ангелов," ни "Александра Второго" ни "Освенцима" ... Сначала были только песни зовущие в дорогу (как я тогда думал). Они и звали. И я очень хотел, если не стать моряком или геологом, то хотя бы суметь красиво помечать об этом. Через двадцать лет (не зная на тот момент о существовании песни "Впередсмотрящий")я написал такие вот строчки:

НОЧНАЯ ВАХТА 

                      Навеяно песнями А. Городницкого

Волна ударилась о борт, 
швырнула мне в лицо 
три дюжины холодных брызг 
солёною пыльцой. 
И ветер крикнул: "Чёрт возьми! 
Опять ты медлишь, брат!" 
И звёзды в небе вдруг зажглись 
мне вместо старых карт. 

Я отыскал средь них одну, 
что мне укажет путь. 
А ветер в спину все кричал: 
"Забудь, забудь. Забудь..." 
Зачем и что? И почему? 
И есть ли в том резон? 
Вокруг меня - сплошная ночь, 
а дальше - горизонт. 

Всегда в пути. Всегда один. 
Всегда я жгу мосты. 
Всегда потом наполнен трюм, 
а я иду пустым. 
Всегда я слушаю один 
лишь ветер за кормой. 
И никогда он не кричит: 
"Домой, домой, домой!" 

Корабль мчится прямо в ночь. 
Я слышу ветра стон. 
"Задуть, задуть, задуть, задуть!" - 
Кричит мне в спину он. 
И улыбаюсь я тогда 
как раньше... много лет. 
А на востоке, как всегда, 
горит костром рассвет. 

Волна ударилась о борт, 
швырнула мне в лицо 
три дюжины холодных брызг 
солёною пыльцой. 
И ветер крикнул: "Чёрт возьми! 
Опять ты медлишь, брат!" 
Мне предстоял далёкий путь 
по предсказанью карт. 

Сентябрь, 1998

      ... Я буквально влюбился в "Паруса Крузенштерна" едва услышал. (Пускай и, как я узнал много позже из выступления самого А. Г., мелодия этой песни принадлежит В. Струненко). Мои поющие одноклассники или лошадки - почему-то не очень любили эту песню. Мне приходилось часами ее высиживать (выпрашивать)...
      Уже много позже я узнал и другие песни и стороны жизни и творчества этого разностороннее талантливого и интересного человека (я думаю, что если вы знаете все это и так), но тогда, в начале 80-х песни Городницкого поразили меня, чем-то таким, что я не мог осознать.... С одной стороны, они как бы были продолжением рассказов Джека Лондона и Александра Грина.... с другой.... Я, слушая их, проваливался куда-то, в другое измерение.... в другое измерение души, что ли...
      Особенно меня поражали слова песни "... не женитесь поэты" - тогда я даже не помышлял о том, что когда-то буду писать, но каждый раз, услышав их, я скатывался в какую-то бездну и, наверное, даже отключался на несколько секунд... Я не помню, когда я понял, что эта песня связана с Пушкиным - может быть сразу, может быть через год-два.... Но потом "Пушкинская" тема часто приходила ко мне именно через песни Александра Моисеевича... А "далекие рассветы" только начинали дразнить меня, начинающего взрослеть и задумываться мальчишку ...

      Почему именно Городницкий поразил меня тогда в детстве и так "полюбился"...

      Я много раз задавал себе этот вопрос... Думаю, что одна из причин была в том, что я легко запоминал многие его песни, и что было существенном при моем не умении петь не только слова, но и мелодии. Конечно, я пел только тогда когда оставался один и.... Просто когда я пел тихонечко сам для себя, мне казалось, что именно песни Городницкого у меня и получаются...
      Другая причина - то, что, как я упомянул выше, во время школьных поездок, его песни исполнялись (по моим сегодняшним воспоминаниям) реже, чем песни Окуджавы и Визбора, а желание их слышать снова и снова росло...
      А теперь о необыкновенной случайности, которая удивительным образом, неожиданно, связала меня с Александром Городницким....
      Когда за неделю до отъезда в США (в апреле 97-го года) мне позвонила моя троюродная сестра и стала взахлеб говорить что-то о Городницком, своей начальнице, моих стихах, и просить, что бы я ей дал что-то показать ему - я сперва ничего не понял, а когда понял "впал" в примерно такое же состояние....
      Оказалось, что ее начальница живет дверь в дверь с Александром Моисеевичем. Сестра показывала мои стихи, из подаренных ей мною пред отъездом, среди которых было посвящение Александру Городницкому - одно из первых удавшихся ранних стихотворений... Начальница, попросила разрешение показать стихи Александру Моисеевичу, и за день до отъезда сестра повезла ему мои стихи.... Вы не представляете, как мне было приятно получить в день отъезда (сестра и ее сын провожали нас в аэропорт) книгу с дарственной надписью того, на чьих песнях ты вырос, и... благодаря чьему творчеству ты и захотел писать сам.... Я еще не знал тогда, что через 4 года издам свою первую книжку и наберусь наглости попросить сестру, попросить Александра Моисеевича написать предисловие к ней....
      Вот то старое стихотворение:

ХРАНИТЕЛИ 

                      А. Городницкому

Храни тебя Господь от всех земных напастей. 
За дальний горизонт опять дорога мчит. 
Храни тебя любовь, пусть ветер рвёт на части 
полотна парусов и рушит шторм гранит. 

Храни тебя мечта, пределов нет которой. 
С тобой она моря готова пересечь. 
Храни тебя в пути. Пусть ветер мыслям вторит 
и пусть тебе его понятна будет речь. 

Храни тебя звезда, что светит всем, кто верит: 
пусть в разных мы мирах, она - на всех одна. 
Храни тебя везде надежда полной мерой. 
На сказочных пирах пью за тебя до дна. 

Хранители любви, вершители историй - 
ваш флагманский фрегат опять вперед летит - 
спешите сочинять баллады о просторах... 

Далекий горизонт твою судьбу хранит. 

Апрель, 1991

      Многие из нас живут с музыкой в душе и сердце. Кто умеет петь - поет, кто не умеет - напевает про себя... В разные жизненные моменты мы вспоминаем разные песни. Они сопровождают нас по жизни. Песни Городницкого - часто сопровождают меня... Их мелодика и ритм, помогают мне идти в ногу с тем, что меня волнует и тревожит.... Если "Паруса Крузенштерна" мне полюбились просто так, без причин, просто вошли в мою жизнь и всё, то некоторые другие песни однозначно повлияли на мое формирование, возможно, я и не сознавал тогда, что это было так...
      Одна из таких песен - "Предательство". Когда я был мальчиком, я очень хотел найти много новых друзей. Стать центром компании. Большой компании. И не для того чтобы "стать центром" - а именно для того чтобы СОЗДАТЬ, собрать, сдружить... Я много лет слушая её, не слышал всего, так как боялся пытаться ее понять,.. а когда решился и внимательно прослушал, то долго ходил не в себе... Я думаю, что эта песня сделала меня таким, каков я есть - открытым и верящим людям... Конечно, многое наверняка было заложено природой, но эта песня помогла мне сделать себя таким, каким я себя хотел видеть...
      О моих ощущениях, впечатлениях, мыслях от "исторических" песен Александра Моисеевича я писать не буду - я плохой, увы, знаток истории. Но, думаю, что даже при всей моей исторической не подкованности, знакомство с этой стороной творчества Городницкого помогло сформироваться моим взглядам на отношение к тому "что и зачем" мы делаем, когда творим... Вот такая странная причинно-следственная связь...
      Сейчас, когда я пишу эти строки, а из динамиков моего компьютера звучат песни Александра Моисеевича (конкретно - Геркулесовые столбы) я осознал, что порой мне кажется, что у меня и сердце иногда отбивает мелодии этих песен, что я живу в мире этих песен по их законам. Я закрываю глаза и вижу себя, или не обязательно себя, а просто героя моих стихов, да-да скорее всего именно его, идущего и тихо напевающего "Ты не спеши меня забыть, ты подожди немного..."
      Мне приятно это писать: многое я формулирую для себя прямо сейчас - в процессе создания этого текста, хотя я постоянно возвращался на протяжении последних лет к попыткам осознать, как истоки собственного творчества, так и, а кто я есть вообще и откуда (именно откуда) я такой... Вот сейчас, просматривая 21 песню (в рамках одноименного проекта - XXI), отобранную и перечисленную выше, я как бы слушаю их, они переключаются у меня в сознании, как станции радиоприемника, каждая из которых - моя. Я слышу сейчас отдельные строчки и... понимаю, что осознанная грусть, присущая моему лирическому герою именно оттуда... из системы Декарта - Городницкого. Моему герою часто грустно, он почти всегда в дороге, он почти всегда один, но он всегда верит в то, что у него на пути будут встречи и ради этих встреч стоит опять подниматься в дорогу... Это его "Среда обитанья".... И "жизнь и такая мила и желанна..."

      С середины 90-х и до прошлого года я не слышал песен Городницкого (я имею ввиду новых песен). В Интернете я их или не замечал среди тех, что находил на бардовских сайтах или их и не было... В марте 2002 года я побывал на концерте Александра Моисеевича в Нью-Йорке. Прежде всего, этот концерт для меня запомнился тем, что мы смогли встретиться лично, Александр Моисеевич подарил мне свою книгу... И, конечно же, песни... Было много новых грустных и бередящих душу мудрых песен. Я чуть не заплакал, слушая обращение к ушедшим друзьям - бардам, но когда я услышал ближе к концу этого замечательного, незабываемого вечера "Бахайский храм" я практически взлетел. Взлетел над собой, над этим залом, над странным Нью-Йорком... Потому что я наполнился словами "Ибо Б-г есть любовь"... И пусть я вырос и живу атеистом - я вдруг понял, что я всё-таки Верил всю мою сознательную жизнь, и именно этому Б-гу посвящено все мое творчество. Ему служит мой лирический герой и именно эту веру и любовь он ищет от строчки к строчке.
      Когда я слушал "Бахайский Храм" я вдруг уловил, что мелодия этой песни, похожа на мелодию "Виноградной косточки" Булата Окуджавы. Потом я обнаружил подобное сходство и с "Индийским океаном" (того же Городницкого) и с "Моей дорогой несравненной леди" - Визбора - но эти совпадения - и случайны и не случайны. Случайны они потому, что просто так похоже легли стихи - аккомпанемент то у всех песен разный - совпадает ритм и основная тема. Что же тогда не случайно?
      И "Виноградная косточка", и "Моя несравненная леди" и "Бахийский Храм" - гимны любви, молитвы нашего выросшего и воспитанного атеистами поколения. Да я атеист, но я верю в Добро и Свет, и этой вере меня научили барды - Юрий Визбор, Булат Окуджав, Александр Городницкий, Владимир Высоцкий...

      Я благодарен Александру Моисеевичу Городницком за то, что его творчество помогло мне все это найти, и направляло и направляет меня в этом моем странном путешествии.
      Закончить же эту небольшую страничку я хочу моим третьим стихотворением, посвященным Александру Городницкому и его творчеству, стихотворением, которое я написал около года назад, в автобусе, по дороге на упомянутый выше концерт.

РАСПАХНУТЫЕ ШТОРЫ

                      стиховорение написанно по дороге
                  на концерт А. М, Городницкого в
                  автобусе номер 5 на 5-й авеню


Строка набежала на строки,
как волны на борт корабля.
Когда бы в том не было проку,
тогда б не вращалась Земля.
Не падали б полночью звёзды,
Не билась в тревоге струна...
Родная, ещё ведь не поздно.
Тревога - не наша вина.

Волна набежала на берег.
Мы слышим опять голоса.
И значит, что снова мы Верим.
Последнее дело - бросать.
Следы заполняет водою,
опять нас догнавший рассвет,
и шепчет: - "Ребята, вас двое.
Вам выпал счастливый билет."

Билет?.. Это значит дорога.
Дорога - ветров новизна.
Пусть песен сегодня не много,
но те, что поются - из сна.
Из синих бездонных просторов.
Из тёплых московских берлог.
Нам снова распахнуты шторы
и кем-то приподнят полог.

И вид, что откроется скоро
нам будет опять не знаком.
Нам ветер тихонечко вторит
и с ним нам поётся легко.
Строка набежала на строки.
Дорога с дорогой слилась.
Когда бы в том не было проку,
то песня бы не родилась.


17 марта 2002 года 

"Пусть годы с головы дерут за прядью прядь
Пусть грустно оттого, что без толку влюбляться
Не страшно потерять умение удивлять
Страшнее потерять умение удивляться"

"Пусть годы с головы дерут за прядью прядь
Пусть грустно оттого, что без толку влюбляться
Не страшно потерять умение удивлять
Страшнее потерять умение удивляться"